Связь Лили Брик с НКВД


Одной из самых сложных и щекотливых тем для биографов Лили и Осипа Бриков, Владимира Маяковского и всего их окружения был вопрос о связи Лили Брик с НКВД. По одной версии, Лиля была одним из осведомителей, важным свидетелем и доносчиком, иначе как она смогла избежать массовых арестов, репрессий и казней, которые обрушились практически на всех ее друзей? Утверждают также, что у нее были покровители из самых высших кругов советской власти. Другие же исследователи жизни Лили все эти версии опровергают.


Лиля Брик всегда была гостеприимной хозяйкой. Двери ее дома в Гендриковом переулке были открыты новым и интересным людям. Однажды в квартире Бриков появился Яков Агранов, заместитель шефа 0ГПУ. В семейном кругу его ласково называли «Яня». Впереди Агранова ждала головокружительная карьера комиссара государственной безопасности 1-го ранга. Он же, «милый Яня», станет одним из организаторов массовых репрессий 1920-1930-х годов, которые унесут жизни многих друзей дома Бриков. Бывал у Бриков и Михаил Сергеевич Горб (Моисей Савельевич Розман), заместитель начальника иностранного отдела 0ГПУ, а также Валерий Горожанин, известный чекист. Ему Маяковский посвятит стихотворение «Солдаты Дзержинского», в котором так отзовется о своих новых друзьях: «Крепче держись-ка! Не съесть врагу. Солдаты Дзержинского Союз берегут».

«Для нас тогда чекисты были - святые люди», - вспоминала Лиля Брик в 1960-е годы.Писательница и подруга Лили Рита Райт говорила, что у Брик было удостоверение, «позволявшее ей запросто заходить в учреждения, закрытые для всех других смертных». А выдал его не кто иной, как Яня Агранов. Сергею Есенину приписывают такую эпиграмму: «Вы думаете, кто такой Ося Брик? Исследователь русского языка? А он на самом-то деле шпик и следователь ВЧК». Собственно, это ни от кого и не скрывалось, что Осип Брик работал в ЧК. Но опасаться литературному кружку Бриков было абсолютно нечего. Все они с первых дней приняли революцию, и разговоры велись исключительно в лояльном ключе по отношению к новой, советской власти. Борис Пастернак подчеркивает, что «квартира Бриков была, в сущности, отделением московской милиции».

Осенью 1930 года Лиля Брик стала женой героя гражданской войны Виталия Примакова. Противоречивая, гордая, непоколебимая Лиля превратилась в кроткую и преданную спутницу жизни известного генерала. Но в 1936 году безмятежное счастье оборвется страшной новостью, которую Лиля услышит в телефонной трубке: «Виталий арестован!». Его обвинили в антисоветском, троцкистском, военнофашистском заговоре.«Что делать? Что делать? Что делать?» -Лиля металась по комнатам, до боли заламывая руки. Она мучительно пыталась понять, как это могло произойти? Ведь всего несколько недель назад ее муж был назначен членом Высшего военного совета при наркомате обороны СССР. «Какая-то ошибка, страшная ошибка», -думала Лиля. Ей ничего не оставалось делать, только ждать. Все высокопоставленные друзья с Лубянки, которые когда-то наполняли веселым смехом ее гостиную, пропали. Исчез без вести Яков Агранов. К горькому сожалению, Лиля понимала, что вчерашние друзья не помогут ей. Даже больше, с их молчаливого согласия (или по приказу?) Виталий Примаков и был арестован!

Не терял надежду и сам Примаков. Его пытали в темных казематах Лубянки, выбивали признание, что он состоял во главе военного заговора, целью которого было свержение И. В. Сталина. Виталий Примаков признаний не делал, на уговоры чекистов не шел и попробовал ухватиться за последнюю возможность: он обратился лично к другу семьи - Якову Агранову, - но ответа не последовало... Спустя год истязаний Виталий Примаков всё же сдался, согласившись со всем, что ему приписали следователи, и подписал признание.Существует версия, которая не подтверждена фактами, но, тем не менее, не раз обсуждалась, что донос на Виталия Примакова написала сама Лиля Брик. Якобы, будучи в тесных связях с НКВД, жена Примакова, узнав о его намерениях, поспешила на Лубянку и рассказала о готовящемся перевороте.

11 июня 1937 года все заговорщики (около сорока человек) во главе с Виталием Примаковым были приговорены к расстрелу. Час спустя приговор был приведен в исполнение. Есть версия, что в расстрельный список попала и Лиля, но Сталин ее как жену Маяковского собственноручно вычеркнул и приказал «не трогать». Было ли это на самом деле, уже вряд ли станет известно..Какая-то неведомая сила помогла Лиле Брик избежать кровавых репрессий, но ей было хорошо известно, что происходит с женами «врагов народа». Лиля ждала своей участи, понимая, что каждую минуту в ее квартиру могут ворваться с обыском, а ее саму увезти в «воронке». В тщетном порыве к спасению Лиля уничтожает ценные письма, дневники и записи, которые могут быть использованы против нее. Так бесследно исчез значительный пласт информации о шести годах ее жизни. Лиля переживает, нервничает, плохо спит. Пытаясь хоть как-то избавиться от сковывающего ее ужаса и заглушить тоску, она начинает пить.

1937 год оставил множество засечек на сердце Лили Брик. Любимый муж и дорогие друзья один за другим бесследно исчезали. Заголовки в газетах пестрели: «Десять лет без права переписки», - но все знали, какой трагический смысл кроется в этой формулировке.Покончил с собой друг Лили Иосиф Адамович, который часто ей помогал. Подруга Лили и некогда возлюбленная Маяковского Сонка Шамардина была осуждена на семнадцать лет в лагерях. Стремительно оборвалась карьера Якова Агранова: он и его жена Валентина были расстреляны в августе 1938-го. Казнен некогда любимый мужчина Александр Краснощеков, близкий товарищ и соратник Маяковского поэт Сергей Третьяков объявлен шпионом, казнены в один день частые гости хлебосольного дома Бриков Михаил Кольцов и Всеволод Мейерхольд, долгая дорога в лагеря и страшная участь уготовлена другу Лили и мужу Анны Ахматовой Николаю Пунину. Арестован и казнен бывший возлюбленный Лили Юсуп Абдрахманов.