Семейные тайны Жорж Санд


В начале лета 1804 года Морис и Софи-Виктория, бывшая на последнем сроке беременности, приехали в Париж, чтобы узаконить свои отношения ради будущего ребенка. Они зарегистрировали брак в мэрии, ничего не сказав госпоже Дюпен, которая жила в своем поместье в Ноане. Вечером 1 июля 1804 года Морис играл на скрипке, а Софи-Виктория танцевала под музыку. Внезапно она почувствовала боль и вышла в соседнюю комнату. Буквально через минуту ее сестра Люси сообщила Морису: «У вас родилась дочь! При ее рождении звучала музыка, а мать была в розовом платье - значит, она будет счастливой!». Морис решил назвать дочку в честь любимой матери - Авророй. «Когда-нибудь она благословит девочку...» - мечтательно сказал он.


Именно девочка послужила поводом к примирению двух сторон. Госпожа Дюпен отказывалась признать брак и запретила молодым являться к ней в дом. Путем сложных интриг малышку удалось пронести в залу и положить на колени бабушке. Она узнала темные бархатные глаза и растаяла: «Бедное дитя!». Морис вбежал в комнату и бросился перед матерью на колени...Вскоре был совершен и церковный брак, который госпожа Дюпен вынуждена была признать, но отношения между женщинами оставались натянутыми. Жорж Санд вспоминала, что родители чувствовали себя свободно только в собственном доме, и она унаследовала от них «эту скрытую нелюдимость». Действительно, ее главным стремлением при начале каждых новых любовных отношений было обустроить свой дом, свое «гнездышко», где можно было бы скрыться от всех невзгод.


Когда Авроре было четыре года, на семью обрушилось горе: любимый всеми тремя женщинами сын, муж и отец разбился насмерть, налетев ночью на лошади на груду камней. Мать и бабушка поневоле сблизились, но маленькая Аврора оставалась предметом их споров. Бабушка хотела воспитать из нее настоящую аристократку, наследницу поместья Ноан, с правильной речью, изящными манерами и тщательно подобранным гардеробом. Мать же находила всё это смешным и ненужным, поддерживала в дочери любовь к земле, к хозяйству, учила ее уличному парижскому жаргону... Однако она понимала, что свекровь может дать ее дочери гораздо больше - не только блестящее воспитание, но и наследство, годовой доход и поместье Ноан.

 

Так было достигнуто соглашение: Аврора остается с бабушкой, а Софи-Виктория уезжает в Париж, где может видеться с дочерью несколько месяцев в году. Аврора тяжело переживала разлуку она обожала мать и хотела стать для нее защитником после смерти отца, сожалея, что она не мальчик; бабушка тоже порой забывалась и называла ее «Морис», «сын мой». Позже, прочитав письма Мориса Дюпена, Жорж Санд обнаружит, насколько она была на него похожа: «Мне передался характер моего отца, конечно, не в полной мере, но все же... Если бы я была мальчиком и жила на двадцать лет раньше, я знаю, я чувствую, что поступала бы всегда, как мой отец». Так в самом раннем детстве Аврора впервые примерит на себя мужской образ.