Отношения Владимира Маяковского и семьи Бриков


Лиля Брик не стала талантливой актрисой или писательницей, да она никогда и не стремилась к высоким достижениям. Эта женщина обладала другим невероятным талантом - выбирать из окружающих ее людей драгоценные жемчужины, видеть рождение гения и воспевать его. Имя Лили Брик всегда будет неразрывно связано с Владимиром Маяковским. Ее образ, фразы, обращенные и понятные только «Лиличке» и «Володику», влияние на творчество поэта, нельзя стереть, что впоследствии долгие годы пыталась сделать советская власть. «Пришла - деловито за рыком, за ростом, взглянув, разглядела просто мальчика», - напишет о Лиле Маяковский в поэме «Люблю».


В период с 1915 по 1927 год Лиля Брик оказывает на творчество Маяковского крайне сильное влияние. В своей автобиографии поэт напишет: «Радостнейшая дата. Июль 1915-го года. Знакомлюсь с Л. Ю. и О. М. Бриками». Очарованную Маяковским Лилю Брик, привыкшую и даже избалованную мужским вниманием, пугает тотальное внимание поэта. «Меня пугали его напористость, рост, его громада, неуемная, необузданная страсть. Любовь его была безмерна. Володя влюбился в меня сразу и навсегда. Я говорю - навсегда, навеки - оттого, что это останется в веках и не родился тот богатырь, который сотрет эту любовь с лица земли», - вспоминала впоследствии Лиля.Именно ей он посвящает все свои новые стихи и поэмы, только ей доверяет первой услышать новые строки. Поэма «Флейта-позвоночник» носила первоначальное название «Стихи ей». Летом 1916 года Маяковский на бегу, на улице, по памяти читал только что написанную поэму «Дон-Жуан». Посвящалась она, конечно же, самой восторженной слушательнице, но обернувшись, Владимир Маяковский увидел на лице Лили печать сомнения. И он тут же без единого вопроса достал рукопись из кармана и разорвал ее в клочья.

С лета 1918 года Маяковский жил вместе с Бриками. Многих их современников и последующие поколения интересовал и продолжает интересовать вопрос: каким образом существовал этот любовный треугольник? Ответ был прост: понятия «брак», «мораль», «загс» для всех троих казались пережитком мещанства. Новая эра, в которой они жили, позволяла полностью раскрепоститься. Отношения Владимир - Лиля - Осип развивались по замкнутой цепи. Владимир восторженно любил Лилю, Лиля любила Осипа, а тот уже охладел к жене, но супружеская пара одинаково страстно полюбила гениального Маяковского и его творчество.Меж тем сам поэт постоянно испытывал уколы безжалостной ревности. Сохраняя дружеские отношения с Осипом, он требовал, чтобы Лиля ушла от мужа. Эти просьбы иногда перерастали в разговоры о самоубийстве. «В 16-м году рано утром меня разбудил телефонный звонок. Глухой, тихий голос Маяковского: "Я стреляюсь, прощай, Лилик". Я крикнула: "Подожди меня", что-то накинула поверх халата, скатилась с лестницы, умоляла, гнала, била извозчика в спину. Маяковский открыл мне дверь, на его столе лежал пистолет. Он сказал: "Стрелялся, осечка, второй раз не решился, ждал тебя"».

Эти отношения, как на время затихший вулкан, то остывали, то вновь вскипали с полной силой. Постоянные мольбы, восторженные стихи и полные отчаяния письма отражали чувства, которые у Маяковского всегда балансировали на грани, а Лиля, наоборот, пыталась трезво и холодно реагировать на его экспрессию. Однажды она даже установила мораторий на их любовь на два месяца. Лиля понимала, что только в минуты отчаяния и черной тоски Маяковский способен творить. Шестьдесят один день спустя Владимир Маяковский появился на пороге квартиры Бриков с новой поэмой «Про это», которая вышла с посвящением «Ей и мне».